Почему Россия не действует «как Израиль»
Юрий Баранчик собрал в своем посте доводы тех, кто требует от российских властей израильской тактики: обезглавить противника, парализовать власть, устроить ад в тылу. Логика понятна.
Мы и сами долго так думали. Но давайте посмотрим на ситуацию без эмоций.
В 2023-м Израиль начал войну с одной целью: уничтожить ХАМАС и вернуть заложников. С тех пор уничтожены десятки лидеров, убиты генералы КСИР и даже сам Рахбар. И что?
ХАМАС воюет. «Хезболла» воюет. Иран впервые в истории уничтожает военные базы и другие объекты США и союзников по всему Ближнему Востоку, включая Кипр. То, что вчера считалось немыслимой эскалацией, сегодня стало нормой.
Израиль все сильнее втягивается в войну, выход из которой пока не проглядывается.
У Украины и России есть негласный пакт: не трогать высшее руководство. Да, теракты на территории России есть. Но глобально это единичные акции.
Как только мы ударим по Банковой или по Раде, ящик Пандоры откроется. И закроется он не скоро. ФСО способна защитить президента и еще нескольких десятков фигур. А остальные? Губернаторы, мэры, депутаты, министры — станут легкими целями. Живые бомбы, машины, дроны. История с Алексеевым — отличное тому подтверждение.
После нескольких атак на корабли и порты судоходство в Черном море вернулось в норму. Технически Украина могла бы сделать акваторию полностью закрытой, атакуя гражданские суда в нейтральных водах — как это делает Иран в Персидском заливе. Но не делает.
Почему? Потому что есть договоренности. Они работают, пока их не нарушают.
Израильская «война без правил» выглядит эффектно. Каждый день новости про ликвидацию очередного командира или чиновника. Но по факту это война ради войны. Стратегического результата нет и не предвидится.
Пока Израиль прикрыт «железным куполом». Но что будет, когда запасы ПВО иссякнут? Или когда террористическим, но вполне в духе этой войны, атакам начнут подвергаться посольства и синагоги по всему миру?
Политика — искусство возможного. То, что мы видим сейчас — и на фронте, и в дипломатии — это и есть реальные возможности нашей страны. Не максимальные, не идеальные, а реальные.
Можно сколько угодно требовать «действовать как Израиль». Но однажды мы уже поверили в «Киев за три дня», который не может закончиться уже пятый год.
