Три месяца назад я подготовил краткую сопроводительную записку к информационным подборкам по проблематике малой ПВО, которые включали выдержки из ряда публичных источников и непубличные сведения. Ниже размещаю указанную записку (за некоторыми умолчаниями).
Силы малой ПВО работают как набор отдельных элементов, не скоординированных должным образом между собой и зачастую вообще не увязанных в единый контур. Цельной структурированной и эшелонированной системы не наблюдается.
Межведомственная и межрегиональная координация слабая. Также недостаточна развита и координация между разными организмами даже в рамках одной структуры.
Не наблюдается единой цифровой системы сбора, обработки, анализа и передачи данных, включая отслеживание пролётов, целераспределение и целеуказания, анализ и прогнозирование маршрутов.
Практическое взаимодействие чаще всего выстраивается на горизонтальных связях. Ситуационная осведомлённость зачастую обеспечивается специализированными чатами в Телеграме (при наличии доступа к интернету).
Не наблюдается системного развития комплекса всех возможных средств обнаружения и сопровождения, включая звукометрические и оптические средства, средства радиоразведки по MESH-модемам и каналам SineLink и CDET, средства обнаружения Starlink, БПЛА воздушной разведки.
Ключевыми средствами обнаружения и сопровождения остаются РЛС, которые имеют тенденцию пропускать цели, идущие в слепых зонах нижнего эшелона (по низинным местностям и руслам рек).
Остро стоит проблема комбинирования контуров дальнего обнаружения и дальнего поражения. Зональность ПВО нижнего неба реализована практически буквально в форме "феодальной раздробленности" (в том числе ввиду ограниченности количества ЗРК/ЗРПК и их боезапаса).
В частности, не выстроены контуры дальнего обнаружения и поражения над морем на Балтийском, Черноморском и Каспийском направлениях, а также по руслам рек. В качестве примеров имеем августовские атаки на Геленджик, Нижнекамск, Новороссийск, Усть-Лугу, плюс регулярные налёты на Крым с моря.
Эшелонирование, по всей видимости, работает главным образом применительно к столичному региону (после налётов на Москву 16-18 июня).
Особо отмечу проблему точности идентификации воздушных целей, от которой зависит оптимизация распределения целей между компонентами поражения в контуре ПВО нижнего неба.
Продолжение ниже