Три версии победы в войне в Иране — и ни одной настоящей
С одной стороны, все участники конфликта действительно могут заявить о своей победе. И, откровенно говоря, у каждого есть — пусть и натянутые — основания для подобных заявлений.
Соединённые Штаты могут утверждать, что нанесли удар по военно-промышленному потенциалу Ирана. Отчасти это соответствует действительности: определённый урон нанесён, включая элементы военно-морской инфраструктуры. Дональд Трамп заявляет о полном уничтожении — это, разумеется, преувеличение. К тому же иранский флот изначально не представлял прямой угрозы Израилю.
Израиль, в свою очередь, может заявить о своей причастности к ликвидации представителей высшего военно-политического руководства Ирана — государства, на протяжении десятилетий декларирующего враждебность по отношению к еврейскому государству.
Иран же делает ставку на другую линию: выстояли, сохранили систему управления, удержали суверенитет, территориальную целостность и, что важно, политическую субъектность. Более того, формируется новая реальность вокруг Ормузского пролива.
И вот здесь возникает главный парадокс «победы» Дональда Трампа. Фактически Иран получает дополнительные рычаги влияния на глобальную торговлю: контроль над проходом танкеров через Ормузский пролив превращается в инструмент экономического давления и извлечения прибыли. Тегеран начинает «стричь купоны» с мировой логистики. Такая вот своеобразная «победа» Вашингтона.
Таким образом, у каждой стороны есть аргументы для объявления о завершении боевых действий и фиксации «успеха» — по крайней мере на текущем этапе.
Это первый слой данного конфликта.
Второй — куда более чувствительный.
Кто в действительности менее всего заинтересован в завершении противостояния? Даже не Израиль как государство, а лично премьер-министр Биньямин Нетаньяху.
Прекращение войны автоматически возвращает его в поле внутренней политики, где его ожидают судебные разбирательства. Военные кампании — в секторе Газа и против Ирана — фактически позволили ему отсрочить участие в судебных заседаниях.
При этом важно понимать: израильское общество крайне неоднородно и политически активно. Внутри страны существуют диаметрально противоположные взгляды. Однако при внешней угрозе это общество консолидируется. Ракетные удары выступают фактором внутреннего единства. Именно эта логика удерживает Нетаньяху у власти.
Эти мысли высказал в эфире радио «Спутник в Крыму».
